#БЛОГИ #ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ
Автор: Мария Демочкина
г. Смоленск
Семья моей подруги приютила жителей Суджи. Точнее, пустила их в свою пустующую квартиру.
Там семейная пара — муж, жена Ирина и их двое сыновей. Но сейчас в Смоленске только один — младший. Старший служит в армии. А пока он звонит Ирине и говорит:
— Мама, мне скоро демобилизовываться. Все поедут по домам. А я куда?
— А ты в Смоленск, — спокойно отвечает Ирина. — Твой дом там, где мы.
Она всегда обо всем рассказывает спокойно, вполголоса, как будто раскладывает по полочкам памяти.
Про то, что тревожный чемоданчик был давно собран и дети Суджи больше года учились дистанционно.
Про то, что в первый раз в погреб своего дома — не за банкой варенья, а чтобы пережить налет — она спустилась еще два года назад.
Про то, что в ту злополучную августовскую ночь они с мужем думали, что просто отъедут на безопасное расстояние и вернутся через пару часов. И даже свою дворняжку по кличке Квадрат не стали отвязывать…
Про то, что когда они приехали в Смоленск, то первый месяц чувствовали себя здесь просто в гостях (до этого Ира с мужем часто проводили отпуск у своих смоленских друзей). А сейчас сердце сжимается от тоски по дому. Только есть ли он вообще — этот дом — неизвестно.
— Ира, а если бы можно было вернуться в прошлое, вы бы что-то сделали иначе?
— Знаете, Маша… У нас — как у многих — всегда в серванте стоял хрусталь. С самого моего детства. Пить и есть из него было нельзя. Мы вынимали его только для того, чтобы пыль протереть. Я всегда спрашивала у мамы: «Ну когда же можно будет им пользоваться?» А она отмахивалась: «Потом!» Раньше так было принято: купить и ждать, когда начнется настоящая жизнь. Как будто та, которую мы живем, она ненастоящая. И вот мы все ждали новую… В августе, когда все случилось, я позвонила маме:
«Помнишь, ты не разрешала пить из хрустальных бокалов? Говорила, что «потом»? А сейчас у нас не то что бокалов, у нас полотенец нет…»
И вот если отмотать жизнь назад, вернуться в свой дом, я бы достала из серванта эту посуду, чтобы есть салат из хрустального салатника и пить из фужеров.
Мария Демочкина
г. Смоленск
Я вышла от Ирины в разбушевавшийся ноябрь, позвонила маме:
— Достань из коробок хрустальные бокалы. Пожалуйста. Мы будем сегодня пить из них твой вишневый компот.
— Зачем? — спросила мама. — Мне кажется, не время.
— Нет, мам. Это самое время наступило.
По результатам ваших голосов мы определим лучшие материалы и пригласим победителей на Международный медиа-форум нового поколения «Диалог культур», который пройдет в Эрмитаже.
Хотите стать участником нашего конкурса? Присылайте свои истории о людях и коллективах из России в формате статьи, фоторепортажа или видео.
В разных уголках её дома расставлены тряпичные обереги: у каждого — своё определённое место. Только благополучницу ставят туда, куда душа велит. Кукла-колокольчик у двери весит-красуется: чтобы люди, которые на огонёк заглядывают, только добрые вести приносили.
Валерия Минина — пилот в четвёртом поколении. Но в отличие от своего отца, деда и прадеда, которые были военными лётчиками, она управляет пассажирским самолётом Л-410 Второго Архангельского объединённого авиаотряда.
Екатерина Сумная — гордость городской больницы № 8 Челябинска. Это не лозунг из советской газеты, а чистая правда. Учиться к 90-летнему доктору наук и действующему рентгенологу мечтают попасть все местные врачи.
«Ты живешь этим, ты дышишь этим, творчество становится образом твоей жизни», — рассказывает художник Александр Пилипенко. Про уникальное творчество «мастера» и о его необычных взглядах на жизнь.
Дмитрий Хлыбов — человек, который почти не слышит мир вокруг. Зато мир слышит его. Он является самым обычным челябинским деятелем искусства, открывшим себя публике: грому аплодисментов и морю заворожённых взглядов. Хотя кое-чем он всё же отличен от остальных танцоров. Дмитрий — инвалид по слуху.