Текст и фото: богдан Вепрёв
(г. котельнич)

Первый паралимпиец

Их часто можно увидеть на крупных стартах по лёгкой атлетике и лыжным гонкам . Всегда вместе, рядом. Во время бега их руки связывает особая верёвочка, она помогает сохранять единый ритм незрячему спортсмену и его лидеру. За плечами атлетов – многокилометровые дистанции, на их счету – множество достижений. Это история об одном из них — о первом вятском паралимпийце, его трудовых буднях и памятнике, им созданном.
34 года назад сборная СССР дебютировала на зимних Паралимпийских играх. Защищали честь страны в австрийском Инсбруке 8 спортсменов, в числе которых был и Николай Кузнецовединственный представитель Кировской области. С первым вятским паралимпийцем я встретился в Котельниче.
Все фотографии кликабельны.
Теплая встреча

Бледно-зелёное, обитое сайдингом здание могло бы показаться неприметным, если бы не яркие ворота. Голубую металлическую конструкцию венчает изображение глаза, на нём надпись – «Реабилитационный центр ВОС». У входа слева, в снегу – памятник из серого гранита. О моём приходе звонко оповещают колокольчики.
Внутри прохладно, но меня встречают тепло. Николай Прохорович улыбается и крепко жмёт руку.

– Знаешь ли Михаила? – обращается он к стоящему рядом мужчине в очках
с толстыми линзами и в залихватском свитере «Boys».

– Конечноо, – протяжно отвечает тот. – Как не знать!

– Его внук, – представляет меня Николай Прохорович.
Теплая встреча

Бледно-зелёное, обитое сайдингом здание могло бы показаться неприметным, если бы не яркие ворота. Голубую металлическую конструкцию венчает изображение глаза, на нём надпись – «Реабилитационный центр ВОС». У входа слева, в снегу – памятник из серого гранита. О моём приходе звонко оповещают колокольчики.
Внутри прохладно, но меня встречают тепло. Николай Прохорович улыбается и крепко жмёт руку.

– Знаешь ли Михаила? – обращается он к стоящему рядом мужчине в очках
с толстыми линзами и в залихватском свитере «Boys».

– Конечноо, – протяжно отвечает тот. – Как не знать!

– Его внук, – представляет меня Николай Прохорович.
С Михаилом Фёдоровичем, моим дедушкой, он долгое время трудился плечом к плечу
на производстве, провожал в последний путь… Их, как десятки, и сотни, и тысячи людей, объединяла и объединяет одна особенность – слепота, полная слепота. Незрячие люди, наверное, как никто другой, знают, насколько важна рука поддержки, потому сплочены и
в любую минуту готовы прийти друг другу на выручку. Большая дружная семья.
«Жить можно и без зрения»

Почти два десятка лет Николай Прохорович руководит Котельничской местной организацией Всероссийского общества слепых, сейчас в ней более 170 человек из 6 районов.
Мой собеседник подчёркивает, что необходимо привлекать в ВОС людей, лишённых зрения, однако отмечает, что суть не в общем количестве.

– Мне без разницы, сколько у нас в Обществе человек – 100 или 300, – объясняет он. – Дело
в другом – нужно помочь каждому. Информационно или практически. У нас занимаются спортом, культурой, есть производство. Нужно их вытащить, приобщить к трудовой деятельности. Вывести на более значимую социальную жизнь. А то ведь как бывает: потерял человек зрение, растерялся. Говорит: «Никуда не пойду, буду на печке лежать или на диване сидеть». Это совершенно неправильно! Разворачиваем его капитально!

Мы общаемся стоя – есть в ногах своя правда. В свои шестьдесят шесть Николай Прохорович выглядит моложаво. Подтянут, энергичен и лучезарен – буквально сияет изнутри.

Говорит, что человек, столкнувшийся с потерей зрения, всегда может рассчитывать
на поддержку. Например, Реабилитационный центр в подмосковном Волоколамске помогает восстановиться членам ВОС, обрести уверенность и начать жить по-новому. Там работают профессионалы, в том числе психологи, которые учат многому, начиная с ориентирования в пространстве – с первого шага, с самых азов. Из Волоколамска возвращаются другими людьми.

– Начинают думать, развиваться, занимаются спортом, трудом. Уже понимают, что жить можно и без зрения. А самое главное – создают семьи, – и с улыбкой перечисляет пары, рассказывает
о навалившихся на них приятных хлопотах после рождения детей.
Все фотографии кликабельны.
«Без книг слепому очень плохо»

Николай Прохорович прикасается к наручным часам – стёклышко поднимается. Время
на ощупь. Когда глаза не видят, многое открывается через кончики пальцев.

– Кстати, у Миши такие же были. Брайлевские. «Ракета». Открыл и посмотрел, время десятый час, семь минут. Ломаются, конечно, – объясняет. – У меня их три штуки. Одни работают, другие в ремонте. А как я без часов? Проснулся, непонятно, день или ночь, у меня ведь абсолютно нет светоощущения.

Показывает будильник, купленный в родном посёлке Даровском. Нажимает кнопку, женский голос информирует о времени, температуре в помещении и дате.

Нам всё нужно говорящее. Термометр с речевым выходом, такой же тонометр. Членам общества слепых выдают специальные флешплееры (говорящие книги). Кстати, у нас есть и спецбиблиотека. Пойдём.
Следуем по коридору мимо гардероба, председатель местной организации подчёркивает важность чтения, особенно по системе Брайля, и заверяет, что любого этому научит в течение двух недель.

Без книг слепому, конечно, очень плохо, – говорит Николай Прохорович. – Тут,
в библиотеке, форматы разные – и по Брайлю, и с укрупнённым шрифтом (для тех, кто получше видит), есть на дисках, но сейчас больше на флешках.

И вот мне уже демонстрируется флешплеер; «говорящая книга» женским голосом начинает вещать: «Сидони-Габриэль Колетт. Вторая. В 11 часов почтальон ничего
не принёс...»

На полках массивные фолианты в белом – «Лето Господне», «Бедная Лиза», «Белый Бим Чёрное Ухо», «Ночная дорога», «Три минуты молчания», «Наша жизнь»...
Следуем по коридору мимо гардероба, председатель местной организации подчёркивает важность чтения, особенно по системе Брайля, и заверяет, что любого этому научит в течение двух недель.

Без книг слепому, конечно, очень плохо, – говорит Николай Прохорович. – Тут,
в библиотеке, форматы разные – и по Брайлю, и с укрупнённым шрифтом (для тех, кто получше видит), есть на дисках, но сейчас больше на флешках.

И вот мне уже демонстрируется флешплеер; «говорящая книга» женским голосом начинает вещать: «Сидони-Габриэль Колетт. Вторая. В 11 часов почтальон ничего
не принёс...»

На полках массивные фолианты в белом – «Лето Господне», «Бедная Лиза», «Белый Бим Чёрное Ухо», «Ночная дорога», «Три минуты молчания», «Наша жизнь»...
«Я паралимпиец. Это на всю жизнь»

В кабинете нас встречает мужчина в верхней одежде, явно с каким-то вопросом.

– Чё-то тюльки-то короткие, – сообщает он Николаю Прохоровичу. Речь о заготовке дров для бани, которую они сами построили (приобрели сруб и поставили).

Это Владимир Кошкарев, давнишний друг, соратник и лидер Николая Кузнецова (Лидер или спортсмен-ведущий ведёт по трассе незрячего участника соревнований. – прим.авт.). Вдвоём они регулярно участвуют в городских и областных состязаниях по лёгкой атлетике, лыжным гонкам – «Вятские холмы», «Лыжня России».

На шкафах – многочисленные кубки. История побед ведётся с 60-х.

– Коньки, туризм, лёгкая атлетика. На каждом предприятии создавались команды. Ведущими были Киров, Слободской и Котельнич. Кто выигрывал на областных, защищал затем Вятский край. Мы объездили много городов – Свердловск, Ленинград.
Все фотографии кликабельны.
– Кстати, вы же на днях вернулись с Чемпионата Кировской области по лыжным гонкам?

– Да, были соревнования в Перекопе. Съездили хорошо. В своей категории наш Филипп Спицын стал первым, Владимир Кошкарев – второй. И у меня среди тотально слепых, получается, второе место. Вообще спортом активно занимаемся. Есть у нас мастера спорта международного класса, марафонцы.

– А что касается других ваших личных достижений?

– Международный марафон и Паралимпийские игры. Я паралимпиец. Это на всю жизнь.

Наш герой вспоминает о том времени с теплотой. Инсбрук, Австрия, 1988 год. Историческое событие – первые для советских спортсменов Паралимпийские игры. В составе той команды Николай Кузнецов был единственным паралимпийцем из Кировской области, первым вятским паралимпийцем! Бежали 10, 15 и 30 км. По результату, говорит, «серёдочка». Очень достойно, если учитывать количество стран-участниц – 22. Впрочем, возможно, результат был бы сильнее, допускает спортсмен, если бы накануне Паралимпиады ему не поменяли бы лидера, с которым они готовились (для незрячих атлетов это имеет большое значение). С улыбкой рассказывает об Играх и отдельных моментах:

– С американцами фотографировались, с канадцами и шведами менялись шапками, вымпелами. Они всё тыкали и говорили «Ченж», давай, мол, меняться.
«Людям мужества»

Я засобирался. Николай Прохорович вышел меня проводить. Он сошёл с крыльца и указал
на памятник. Результат его трудов – от идеи до воплощения. Год хлопот – столько времени ушло на то, чтобы оформить, договориться, согласовать, доставить из Первоуральска.

На этом монументе высечено на русском, английском и по Брайлю: «Людям мужества,
не познавшим мир цветов и радуг»
.

– Пощупать их нельзя. Как ты объяснишь, что такое радуга, цвета, – говорит автор. –
Это памятник для всех, у кого нет зрения. У нас одно небо, одна Земля.

Николай Прохорович стоял, направив лицо к солнцу, под синим-синим небом и сиял, кажется, ещё ярче.
Понравилась работа? Голосуйте за неё лайком!
Поделитесь этим материалом в соц. сетях