#ОТКРЫВАЯ РОССИЮ #ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ

Автор: Елена Орешникова
г. Билибино

Игорь Ранав — человек, для которого Чукотка не просто родина, а призвание.

Сегодня он возрождает традиции народов Севера через праздники, этнотуризм и благотворительность, преодолевая равнодушие чиновников и бюрократию.

В его истории — не только любовь к суровой земле, но и вера в то, что настоящая культура живет, только если её передать дальше.

            «Чукотка — не просто место на карте. Это судьба»

            Игорь Ранав родился под шум ветра на острове Айон, где бескрайняя тундра встречается с ледяным дыханием Северного Ледовитого океана. Его детство — это запах оленьих шкур, свет и тепло лучины в пологе и рассказы старейшин у огня. После школы и армии он уехал учиться в Москву, но, как птица, влекомая на север, вернулся. «Здесь мои корни, — говорит он. — Здесь я понимаю, зачем живу».

Елена Орешникова

г. Билибино

            Оленеводческий совхоз «Энмитагино», университет в Вашингтоне, практика на Алеутских островах — всё это лишь этапы пути. Главное — его миссия: сохранить то, что нельзя повторить.

            Большое значение имеет опыт, приобретённый в Финляндии (национальный парк Хосса). Обучаясь и работая там в сфере оленеводства и туризма он впитывал знания, как губка: искусство гостеприимства алеутов, кулинарные традиции Севера, основы обращения с оленями. Но настоящий туризм, понял Игорь, нельзя запатентовать — он рождается из опыта, как узор на морозном стекле.

            «Финны сделали бренд из зимы — но у них есть лес, что значительно облегчает жизнь. В арктической тундре огонь добывают иначе: выкапывают из-под снега покореженные ветрами ветки, словно археологи вечной мерзлоты. Здесь каждый костёр — маленький подвиг. И именно в этой первозданной суровости — подлинность, которую ищут те, кто устал от поддельного комфорта».

            «Автопробег по России: когда путь становится откровением»

            Представьте: вы едете на машине из Москвы до самого северного города России — Певека, а потом — по Северному морскому пути до Мурманска. На карте — дорога, а на месте — бездорожье. Добавьте экстремально низкие температуры, пургу и разлив дорог и нештатные ситуации в пути. «Это не туризм, это — испытание духа. Ведь Россия — не страна, а тысяча миров. Но в какой-то момент мне это было просто необходимо» — вспоминает Игорь.

            Искры, из которых разгорелось пламя

            Ещё в студенчестве он начал возрождать национальные праздники, организовывать туры выходного дня и пропагандировать здоровый образ жизни. Но главное — он понял: традиции нельзя просто «хранить». Их нужно жить. «Сегодня многие приезжают в тундру как в парк развлечений, — говорит Игорь. — Но чтобы её понять, надо замедлиться. Потрогать снег, попробовать строганину из только что пойманной рыбы, переночевать в яранге без Wi-Fi — это и есть «чувствовать тундру» — не как турист, а как гость, принятый в доме у вечности».

            «Вдохновение? Оно приходит из тундры»

            «Когда ты ночуешь в яранге, а за стеной воет пурга, когда видишь, как оленеводы месяцами живут вдали от цивилизации — понимаешь: эти люди — и есть культура».

            Игорь создал ООО «Унпэнер» и АНО «Винрэттумгыт» («Друзья, помощники»), чтобы помогать оленеводам и пенсионерам. «Это не акт доброй воли — это круговая порука поколений» — подчёркивает он, имея в виду неразрывную связь между прошлым и настоящим.

            «Не праздники — не просто даты в календаре. Эти — ритм жизни, который учит дышать»

            Он перечисляет их, как стихи:

            «Айнэткун» — день молодого оленя, когда шкуры становятся особенно мягкими и еще не успевают огрубеть от зимних ветров, идут на кухлянки, без которых невозможна жизнь в тундре. Это не просто забой оленей — это благодарность. Мясо делят между всеми, а шкуры обрабатывают женщины — вымачивают, скоблят и дымят над костром.

            «Кильвей» — весенний праздник новорождённых оленят. Когда появляются новые жизни — вся тундра оживает. Оленят помечают, а самых крепких — украшают лентами.

            «Ульвэвк» — июльское время, когда «олень сбрасывает зимнюю грусть», то есть линяет. Их шкуры становятся идеальными для нижней кухлянки, а мясо вялится на солнце. Примета: если на Ульвэвк дует тёплый ветер — зима будет мягкой.

            «Каанматык» — январский забой самых упитанных оленей. Мясо развешивают на высоких жердях у яранги, чтобы его «проветрили» ветра. Дети следят, чтобы ароматные кусочки не утащили песцы. В этот день готовят наивкуснейшую строганину из свежего мяса.

            «Если дети не увидят наши праздники — они забудут, что олень не просто «скотина», а основа всей нашей жизни» — твердо убежден Игорь.

            «Трудности? Да, они есть. Но разве снег останавливает оленя?»

            Главная проблема в реализации новых проектов — равнодушие чиновников. «Они видят туризм как цифры в отчёте, а не как судьбы людей». Но Игорь верит: даже капля точит камень.

            «Моменты, ради которых стоит бороться»

            «Когда городские дети впервые заходят в ярангу, когда встречи превращаются в настоящие обряды — я вижу: традиции живы». Сейчас Игорь разрабатывает проекты этнотуризма, где гости не «потребляют экзотику», а учатся чувствовать тундру.

«Приезжайте. Но не как наблюдатели — как гости. И тогда Чукотка откроет вам душу».